Все это Селия наблюдала, стоя рядом с Бренданом.
– Вы не видели моего зятя? – спросил Брендан одного из слуг.
– Вы имеете в виду мистера Стивенса? Он еще не появлялся, но, думаю, скоро придет. Мне доложить, что вы здесь, сэр?
– Да, будьте так любезны. – Брендан кивком головы отпустил слугу и предложил руку Селии. – Шампанского, мисс Томасон?
Она кивнула, как если бы и впрямь настало время пить шампанское.
Они медленно прошествовали через холл, и Брендан едва удержал улыбку. Ему было приятно идти с Селией рядом и наблюдать, как она пытается скрыть волнение, в то время как глаза ее сверкают ярче бриллиантов. Любуясь ее непосредственным поведением, он чувствовал к ней непонятную симпатию. Искренность девушки тронула его, хотя в Селии Томасон не было ничего, внушающего жалостливое презрение. Ее обаяние не могло оставить равнодушным.
Она оказалась единственной женщиной в холле, на которой не было драгоценностей. Простенькая черная ленточка была ее единственным украшением, и все же Селия сияла ярче всех.
Они вошли в зал, где официанты разносили напитки на серебряных подносах. Брендан знаком подозвал одного из них, и тот раздал им бокалы с шампанским.
– Какое холодное, – заметила Селия и, покраснев, сделала маленький глоток. Она посмотрела на Брендана и улыбнулась. – О!
– Ну как, вам нравится шампанское, мисс Томасон? Она сделала еще глоток с явным удовольствием.
– Да, оно восхитительно!
В ее тоне слышалось столько неподдельной радости, что О'Нилу стало весело.
– Будьте осторожны, дорогая. Шампанское действует постепенно.
– Ах, мистер О'Нил, я была бы счастлива, если бы оно на меня подействовало!
Он рассмеялся, и она замерла, глядя, как танцуют в его темно-карих глазах оранжевые искорки ламп. Шампанское приятно пощипывало губы. Брендан тоже отпил из своего бокала, и Селия, наблюдая за ним, вдруг подумала, каковы на вкус его губы и что будет, если он...
«Прекрати сейчас же», – мысленно приказала она себе.
– Мистер О'Нил. – Она старалась изобразить деловой тон, но сделать это было непросто, когда вокруг царит атмосфера всеобщего веселья. Очаровательные женщины, мужчины – красавцы, но никто, конечно, не сравнится с мистером О'Нилом. Дамы исподтишка посматривали на него из-под длинных ресниц, прикрываясь веерами.
Он был самым элегантным мужчиной в комнате, да и во всем отеле, наверное. А может, и во всем городе.
Нет, подумала Селия, во всем мире другого такого не сыщешь.
После второго бокала приятно защекотало в носу.
– Да, мисс Томасон? – О'Нил наклонился к спутнице, как будто она к нему обратилась.
Ну да, так и есть.
– Мистер О'Нил... – повторила она. Какое красивое имя – Брендан О'Нил. Звучное и гордое, аристократическое и в то же время простое.
– Мисс Томасон?
Что она хотела сказать? Ах да, вспомнила.
– Мистер О'Нил, а часто здесь ужинает ваш зять? – Ну вот, она и произнесла эти слова. Надо еще выпить шампанского – оно просто прелесть!
– Да, довольно часто. Похоже, он ужинает здесь регулярно. – Он жестом указал на поднос. – Мисс Томасон, позвольте предложить вам чашку пунша – он хорошо освежает.
– Нет, благодарю вас. Мне больше нравится шампанское.
О'Нил бросил на Селию странный взгляд, который она не смогла прочесть. Взяв с подноса еще один бокал с шампанским, она сказала себе: «Я всего лишь проявляю деликатность». Бедняга официант так занят, что отрывать его неловко, и она сама о себе позаботится.
– Мисс Томасон, я полагаю, вам следует...
Странно, думала она. Голос его слышится отчетливо, а слова – как-то неясно, улавливается только надменный тон.
Надменный. Ну разве не смешно? Кому какое дело теперь?
У него красивые руки. Длинные, сильные пальцы, ухоженные ногти. Красивые руки.
– Мисс Томасон?
И зубы. Ослепительно белые, не большие и не маленькие. Порой даже у людей красивых зубы бывают отвратительными. Вот как у мистера Ладлоу, к примеру. Все у него есть – карета, а может, и две. Огромный кирпичный дом на площади. Очаровательная жена. Нет, это преувеличение. Очаровательной ее не назовешь.
– Высокомерный, – вслух обронила Селия.
– Простите?
Брендан О'Нил очень, очень красивый мужчина. С ним здесь никто не сравнится. Мимо прошла дама, и ее взгляд на секунду остановился на Брендане О'Ниле.
– Он хорош собой, не так ли? – заметила Селия, пригубив шампанское.
– О ком вы? – спросил он.
Он наверняка знает, кого она имеет в виду. И тут О'Нил взял у нее бокал.
– Что вы делаете? – выдохнула Селия. Но он решительно поставил его на поднос.
– Мисс Томасон, я полагаю...
Раздался оглушительной силы звук – такого ей еще не приходилось слышать за всю жизнь.
Кажется, она закричала? Или нет?
Селия невольно прильнула к Брендану, ища защиты. Стены вот-вот обрушатся на собравшихся! Она зажала ладонями уши, зажмурилась и приготовилась к худшему.
Но ничего не произошло.
Девушка открыла глаза. В зал стройной колонной вошли официанты в белой форме и белых перчатках.
Гости продолжали оживленно беседовать как ни в чем не бывало, а некоторые улыбались и перешептывались, глядя на нее.
– Дорогая, – произнес О'Нил, мягко отводя ее ладони от ушей, – это обеденный гонг. Я как раз хотел предупредить вас – неподготовленного гостя он может и напугать.
– Я... я... ну конечно. – Селия расправила плечи. – Для меня это не было неожиданностью. А вы знали?
Он спрятал усмешку.
– Теперь идемте вслед за этими джентльменами в столовую.
Гости в сопровождении чопорных официантов парами вошли в зал.
– Нам сейчас и глаза завяжут? – Она думала произнести это шепотом, но так получилось, что ее голос прозвучал довольно громко. Несколько джентльменов и дам улыбнулись, но официанты и бровью не повели.
Гостей проводили к длинным столам. У официантов вдруг появились белые передники. Откуда они взялись?
Вскоре вошел главный официант. Он остановился посреди столовой и уставился на своих подчиненных ледяным взглядом. Он тоже был весь в белом, но без передника. На груди у него сверкали ордена, и Селия невольно задалась вопросом: за какие такие выдающиеся обеды и завтраки он их получил?
Главный распорядитель резко повернулся и ударил в гонг. Его помощники прошествовали на кухню, вернулись с большими супницами из серебра и расставили их на столах.
К тому времени гости уже расселись по местам. Со вторым ударом гонга официанты сняли крышки с супниц, напоминавшие тарелки в оркестрах, и со звоном опустили их на столы, а из супниц пошел аппетитный пар.
– Ага! – заметила Селия, обращаясь к Брендану. – Они меня хотят оглушить! Так я и думала!
